Закрыть ... [X]

Что в отношениях с египтом

На Главную.

 

Розин Александр.

Уход СССР из Египта в 1976 г.

 

Новый курс А.Садата.

 

 

Взаимоотношения СССР с Египтом были непростыми. Наша страна поддерживала молодую республику с середины 50-х годов во всех ее столкновениях с западными странами и Израилем. Благодаря нам была построена Ассуанская плотина, советское руководство обеспечили промышленность и сельское хозяйство Египта долгосрочными ссудами. В Александрию непрерывно шли наши загруженные суда. Дело дошло до того что Н.С.Хрущев вручил президенту Наcepy и его другу министру обороны Амеру по Золотой Звезде Героев Советского Союза и это при том что в стране была запрещена коммунистическая партия. Но после войны 1967 г. штаб 5-й эскадры имел уведомительное право заходов в египетские порты, а не разрешительное. Насер принимал меры по оборудованию английских казарм в Мерса-Матрух  для отдыха личного состава подводных лодок и созданию в нем пункта временного базирования.

Но в конце сентября 1970 г. Г.А.Насер внезапно скончался, его сменил А.Садат. Новый курс нового президента А.Садата резко контрастировал с тем, что было заложено в политику, теорию и практику Г.А.Насера. Новый президент стал прилагать разнообразные усилия для того, чтобы изменить в пользу Египта положение в противостоянии с Израилем.

С одной стороны, как что в отношениях с египтом писал Мухаммед Хасанейн Хейкал, Садат через руководителя разведки Саудовской Аравии Камеля Адхама уведомил США, что прекратит советское присутствие в Египте, если израильские войска приступят к первой фазе эвакуации с Синая, а 7 - 8 января 1971 г. телевидение США передало его интервью У.Кронкайту, в котором Садат заявил: «Я не завишу ни от каких советских гарантий».  

Кроме того в начале 1971 г. Садат через американцев выступил с инициативой решения конфликта только между Египтом и Израилем. Эта инициатива предусматривала открытие Суэцкого канала для навигации и вывод израильских войск из Синая - поэтапно согласно договоренности, которая была достигнута с послом Яррингом. Несмотря на то что Садат в своей инициативе отступился от всеобьемлющиго решения борьбы, Израиль отказался полностью выводить войска с Синайского полуострова. Садат выразил сожаление срывом своей инициативы, в своих мемуарах он писал: «Если бы инициатива открытия канала встретила достаточную поддержку со стороны США, октябрьской войны бы не было и мир был бы установлен в феврале или марте 1971 года».  

С другой стороны 4 февраля 1971 г. Садат передал руководству СССР через посланного в Москву министра внутренних дел ОАР Шаарауи Гомаа послание с призывами усилить помощь ОАР, дать отпор «бесчестному союзу врагов прогресса, свободы и мира», имея в виду Израиль и  США.

В апреле 1971 г. египетская партийно-правительственная делегация ОАР на XXIV съезде КПСС во главе с генеральным секретарём АСС Мохсеном Абу ан-Нуром передала советским руководителям предложение Садата закрепить советско-египетские отношения и заключить большой договор между двумя странами. Такого документа при Насере не было, он должен был продемонстрировать, что египетско-советские отношения поднимаются на новый уровень. Конфликт Садата с традиционно ориентировавшимися на СССР деятелями во главе с Али Сабри и его открытые шаги в сторону США вызвали определённое беспокойство в Москве и в советских ведомствах, но состоявшееся 29 апреля заседание Политбюро ЦК КПСС решило не вносить изменений в отношения с Египтом, тесно связанным с СССР в военном и экономическом отношениях.

Пока в Москве и Каире начали согласовывать текст будущего договора, Садат 6 мая 1971 г. встретился в Каире с государственным секретарём США Уилямом Роджерсом и в конфиденциальном порядке заверил его в том, что в случае начала отвода израильских войск с Синая советские военные специалисты будут высланы из Египта, а дипломатические отношения с США будут восстановлены.  

Одновременно он нанес удар по сторонникам просоветского курса. Садат перешел в решительное наступление на своих политических противников внутри страны. Фактически совершенный переворот будет вписан им, как "майская исправительная революция" в историю борьбы Египта за независимость. Укрепление позиции Садата на президентском посту, его явные симпатии к национальной бизнес-элите и настойчивые попытки установить более тесные контакты с Западом вызвали недовольство у многих лидеров Арабского социалистического союза (АСС), членов правительства, депутатов парламента. В стране обострилась политическая борьба. Но Садат, которого оппозиция не воспринимало серьёзным противником, когда он, будучи вице-президентом, перенял пост главы страны после внезапной кончины Насера, нанёс удар первым. При содействии начальника Генерального штаба генерала Мухаммеда Садека, известного своими консервативными взглядами, Садат провел ряд встреч с армейскими офицерами, что обеспечило ему поддержку вооруженных сил, несмотря на оппозицию министра обороны Мухаммеда Фавзи, а также президентской гвардии и сил госбезопасности. Садат сыграл на недовольстве многих офицеров усилением влияния АСС в общественной жизни. 2 мая Садат отстранил своего главного политического соперника Сабри от должности вице-президента, 13 мая с постов вице-премьера и министра внутренних дел был уволен Гомаа, после чего начался правительственный кризис подали в отставку пять министров и три члена ВИК АСС. Садат немедленно назначил новым министром обороны и главнокомандующим Мухаммеда Садека, а министром внутренних дел Мамдуха Салема.  

Ночью 13 мая 1971 г. советские военнослужащие в Египте были подняты по тревоге. Срочно были сняты с огневых позиций "шилки". Их подогнали непосредственно к командным пунктам, казармам и другим важным объектам в местах дислокации советских частей. Но не было признаков неожиданной атаки со стороны Израиля. Недоумевающему личному составу было объявлено, что возможны провокации со стороны египетских властей. В некоторых частях уже накануне было замечено значительное усиление египетского охранения, которое было по периметру всех советских позиций. Командиры под свою ответственность, не дожидаясь приказов начальства, привели в готовность имеющиеся зенитные установки ЗУ-2 и переоборудовали их укрытия для стрельбы по наземным целям. Позже от командования пришло объяснение, что в стране произошёл контрреволюционный переворот.

13-15 мая было арестовано 50 видных деятелей руководителей "Авангарда социалистов", ВИК АСС, членов кабинета и депутатов парламента. Тысячи людей вышли на улицы Каира, требуя смертной казни для зачинщиков мятежа - министра внутренних дел Шарави Гомаа и министра обороны генерала Мохаммада Фавзи. Со своих постов были смещены руководители службы безопасности. В результате перестановок в силовых структурах с политического горизонта исчезли наиболее влиятельные сторонники Насера просоветской ориентации и личные противники Садата. Ключевые министерства сразу же перешли под контроль лояльных Садату людей. С этого момента  Анвар Садат стал, по сути дела, единолично править страной.

Чтобы смягчить впечатление от этой акции, Садат осуществил подписание договора о дружбе и сотрудничестве с СССР. 20 мая Садат выступил в Национальном собрании с речью, которая транслировалась по радио. Он подверг резкой критике позицию США, обвинив их в снабжении Израиля всем необходимым «от хлеба до «Фантомов». «Я должен сказать вам, представителям народа, что мы никогда не смогли бы продвинуться вперёд по этому пути, если бы не помощь и поддержка нашего честного и искреннего друга - Советского Союза» - заявил Садат.

25 мая 1971 г. советская делегация во главе с Николаем Викторовичем Подгорным вылетела в Каир для заключения договора. Садат устроил формальному главе СССР пышный приём, а газета «Аль-Ахрам» писала в те дни: «Египетско-советские отношения не плод фантазии, они принимают различные формы и аспекты в соответствии с требованиями каждого этапа. Однако их основа незыблема».  

Переговоры не заняли много времени и уже через день 27 мая 1971 г. договор был подписан. Договор состоял из 12 статей. Стороны торжественно заявляли, что между «между обеими странами и их народами всегда будет существовать нерушимая дружба» (ст.1), обязались совместно бороться за достижение справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке, за разоружение (ст.3), деколонизацию (ст.4), развивать тесные экономические (ст.5) и культурные связи (ст.6), консультироваться по вопросам внешней политики (ст.7). Отдельная статья декларировала идеологическую общность СССР и поставившей «своей целью социалистическое переустройство общества» ОАР (ст.2). Статья 8 гласила, что СССР и Египет будут: «продолжать развивать сотрудничество в военной области на основе соответствующих соглашений между ними. Такое сотрудничество будет предусматривать, в частности, содействие в обучении военного персонала ОАР, в освоении вооружения и снаряжения, поставляемого в Объединённую Арабскую Республику в целях усиления её способности в деле ликвидации последствий агрессии, также как в усилении её способности противостоять агрессии вообще». Стороны обязались не вступать в направленные друг против друга союзы (ст.9) и заявили, что их обязательства по действующим международным договорам не находятся в противоречии с положениями Договора (ст.10). Договор должен был действовать 15 лет с момента его вступления в силу после ратификации обоими сторонами (то есть до 1 июля 1986 года) и его действие автоматически продлевалось ещё на 5 лет, если ни одна сторона за год до даты истечения не уведомит письменно другую сторону о своём намерении прекратить его действие (ст.11).

Советская и египетская пресса восторженно писали о заключении договора. Корреспондент «Известий» в Каире Л.Корявин писал: «Я проехал вчера почти через весь город и повсюду слышал слова „Советский союз“. В доках и Гелиополисе, Шубре и Гизе, повсюду в городе люди горячо обсуждали итоги визита…» Египетская «Гумхурия» писала - «каждый египтянин был счастлив узнать о подписании советско-египетского договора, закрепившего дружественные связи между двумя народами». В «Ахбар аль-Яум» писали, что договор, это «символ процветающей дружбы между ОАР и СССР, которой не страшны интриги и махинации западной пропаганды». Западные страны отмечали другой результат договора. Американская «Нью-Йорк Таймс» писала: «договор между СССР и ОАР усиливает давление на Израиль и США с тем, чтобы заставить их согласится на египетские требования о полном выводе Израилем своих войск со всех арабских территорий, оккупированных во время войны 1967 года». Агентство Юнайтед пресс сообщало: «договор окажет психологическое влияние на Ближнем Востоке, поскольку он содержит заверение Советского Союза продолжать военную помощь и поддержку Египта».

Но подписание договора со стороны Садата было ничем иным как политической уловкой, новое египетское руководство раздражало советское присутствие в стране. Уже в те дни, когда в СССР и ОАР шла ратификация договора, а пресса писала о дружбе двух народов, прибывший в Каир Е. М. Примаков вместе с корреспондентом советского радио и телевидения В. Д. Кудрявцевым получили от одного из американских журналистов информацию о том, что Садат попросил американского представителя Бергуса сообщить президенту США Р.Никсону, что договор не станет препятствием для сближения с США. В июле, после того, как договор вступил в силу, для прояснения ситуации с договором в Каир прибыл глава египетского департамента Госдепартамента США М.Стернер. На его вопрос, изменил ли Договор позицию Садата в отношении его обещаний США, Садат сообщил, что ничего не изменилось. Он подтвердил свои обещания восстановить дипломатические отношения с США после первого этапа отвода израильских войск и выслать из страны советский военный персонал.

Но американцы вновь разочаровали своего новоявленного сторонника, так как американская администрация прибегла к увеличению своей военно-политической помощи Израилю и приняла решение 2 февраля 1972 г. поставить Израилю 24 самолета «Фантом» и 82 самолета «Скай Хок», кроме того, взяла на себя обязательства не выдвигать никаких новых политических инициатив по Ближнему Востоку без предварительного обсуждения с израильским правительством.

Так что в течение первого года отношения СССР и Египта, который сменил название с Объединённая Арабская Республика на Арабская Республика Египет, активно развивались. Садат посетил СССР в октябре 1971 г., в феврале и апреле 1972 г. и заверял Л. И. Брежнева в верности своим обязательствам и курсу на социализм. В свою очередь египетская сторона на всех уровнях требовала от СССР массированных поставок новейших вооружений.

Советский резидент КГБ в Каире Вадим Кирпиченко вспоминал: «Разговоры о поставках современного вооружения велись постоянно, вряд ли хоть одна беседа нашего посла с президентом обходилась без обсуждения вопроса о новейшем оружии. Очень часто посол в ответ на свое: «Добрый день, товарищ президент!» слышал: «Где оружие, посол?»

 

 

 

Акт первый  - 1972 г.

 

 

Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в ОАР Виноградов Владимир Михайлович вспоминал: «Особенно непросто стали складываться отношения после прихода к власти президента Садата. Ему, разумеется, египетские контрразведчики докладывали обо всех фактах непродуманных высказываний части наших военных относительно низкой боеспособности египетских вооруженных сил, нелестных суждений об образе жизни египтян, о самом Садате. Я это чувствовал из бесед с Садатом, которые в первые годы были регулярными - не менее одного раза в неделю. Все эти донесения о наших военных ложились на хорошо подготовленную окружением Садата почву, тем более, что он отличался к тому же крайней подозрительностью, даже мнительностью. Президенту в то же время регулярно по установленным с ним каналам связи через ЦРУ руководством США внушалась мысль: освободитесь от советского военного персонала и США сделают «невозможное» для Египта. Начались и провокации против наших военных: то обвиняли их, что они «шпионят» в пользу Израиля (?!), то в том, что вывозят много золота из Египта (!?). Все эти провокации быстро разоблачались нами, о чем я информировал Садата, но что-то, видимо откладывалось у него в голове.»

В августе 1971 г. трое советских военных были задержаны и высланы из страны за связь с американским шпионом Рандопуло, египетским гражданином, греком по национальности. Грек был подрядчиком на строительстве оборонных объектов и имел деловые выходы на советских военнослужащих. Задержанные советские граждане были обвинены в потере бдительности (?) при общении с американским шпионом, через которого египетские военные секреты утекали к американцам, а от них - в Израиль. Дело было шито белыми нитками, и обвинение само по себе нелепо. Египтяне, и в частности руководство Службы общей разведки, давали весьма путаные и невразумительные объяснения по поводу выдворения советских граждан, ссылаясь то на некомпетентность исполнителей, то на невозможность вовремя связаться с послом, чтобы посоветоваться, и тому подобное. Но колеса уже завертелись в нужном направлении: на основании этого факта распускались слухи, что советские военные специалисты шпионят в пользу Израиля.

В начале 1972 г.  недовольство нашей боевой техникой вновь встало в повестку дня. Египтяне настойчиво просили и даже требовали новую технику, особенно новые танки и самолеты. За полтора года со смерти Насера, египтяне  пять раз представлял списки на поставку дополнительного вооружения, но наше правительство на это не соглашалось, и это руководству Египта не нравилось.

Недовольство со стороны египтян проявлялось в отдельных провокациях и недоверии к нашим советникам.

18 февраля 1972 г. из Сомали летел в Союз Министр обороны СССР Маршал Гречко с посадкой в Каире. Естественно, была запланирована встреча с советническим аппаратом и руководством ВС АРЕ, которое было поставлено в известность об этом. Так египтяне долго не принимали самолет министра, заставив его 40 минут летать над аэродромом.

И если взаимоотношения с СССР охлаждались, то  связи с американцами набирали силу. В апреле 1972 г. в Каир выполнил секретный визит  госсекретарь США Г.Киссинджера, который поставил условие А.Садату -  «Убираете из Египта русских, и США будет выплачивать вам ежегодно 3 млрд. долларов США для поднятия экономики и укрепления обороны».

И египтяне действовали все жестче. Усилился досмотр каждого советского гражданина при убытии на Родину. На аэродроме работники таможни стали очень придирчивы. Вспомнили закон, изданный еще королем Фаруком, свергнутым 20 лет назад, запрещающий вывозить золото из Египта. Чемоданы, коробки стали вскрываться и излишки изыматься. Когда взаимоотношения были добрыми, на таможенные инструкции никто не обращал внимания.

9 мая 1972 г. в День Победы арабы устроили очередную провокацию, видимо специально к празднику. С военной площадки Каирского Международного аэропорта отправлялись самолетом ИЛ-18 63 советских солдата и 5 офицеров, вылет планировался на 10 часов местного времени. Но не тут-то было. Здесь уже в роли провокаторов выступали военные. Загнали всех наших солдат и офицеров в здание, окружили его вооруженными солдатами -египтянами, и даже подогнали несколько БТРов, забрали все имущество у наших ребят, хотя у них не было ничего лишнего, где-то по колечку - два, по цепочке, по магнитофону и держали их взаперти целый день, ни попить, ни поесть не дали и даже посещение туалета ограничили. Об этом инциденте В.Б.Иванов  доложил срочно своему руководству, Главному военному советнику, послу СССР, а они доложили в Москву - министру обороны и начальнику Генштаба. Арабскому руководству тоже было доложено своевременно, однако мер принято не было с их стороны. Обстановка была очень напряженная, нервы у всех были взвинчены до предела. Около девяти часов вечера поступила команда арабским офицерам и солдатам возвратить нашим ребятам все изъятое имущество, выпустить их из здания, где была такая духота, что кое-кому стало плохо. В итоге самолет вылетел в Москву только в 22.00 часа. Арабская сторона попросила извинения, назвав этот инцидент недоразумением, совершенным отдельными лицами.

Подобные случаи были и в порту Александрии, где наши советники и специалисты убывали на Родину теплоходом. Дело доходило до больших скандалов. Отдельных товарищей даже задерживали и возвращали обратно в Каир, а после выяснения спорных вопросов они убывали в Союз самолетами. 

Порой и наши военные своим некорректным поведением давали поводы для скандалов. В 1971 г. отдельный мобильный инженерный батальон - ОМИБ ЧФ  в б. Мерса-Матрух  создал пункт маневренного базирования с установкой двух секций плавпричала «ПЖ-61» с системами электро и водоснабжения. У причала постоянно находился плавсклад «ПСКЛ-7» Тыла ЧФ. Периодически там находился морской буксир и водолазный бот. На плавскладе хранились продовольствие, ГСМ, белье разового пользования, шкиперское имущество и регенерация, которые систематически пополнялись судами вспомогательного флота. В этой базе обеспечивались тральщики, малые противолодочные корабли и сторожевые корабли. Кроме того, в Мерса-Матрух периодически заходили суда с малой осадкой (рефрижераторы, танкер «Руза», морские водоналивные баржи, буксиры). Их задача заключалась в том, чтобы принять на борт от ПСКЛ продукты, воду, масла и другие материалы и обеспечить ими корабли в точках восточной части Средиземного моря. На аэродроме Мерса-Матрух базировались советские разведывательные самолеты. 

На подходе к этой базе летом 1972 г. президент А.Садат и сопровождавшая его ливийская делегация во главе с  Муамаром Каддафи были остановлены советскими часовыми, которых додумались выставлять в пустыне, на въезде в город и не допустили на объект в соответствии с приказом местного советского начальства. Естественно разразился крупный скандал.

Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в ОАР Виноградов Владимир Михайлович вспоминал: «Египетские вооруженные силы к 1972 году были уже достаточно хорошо подготовлены, прибыло много египетских офицеров после учебы в советских военных учебных заведениях - академиях и училищах. Часто получалось так, что командиром, скажем, египетской бригады был египетский офицер, окончивший советскую военную академию, а его советником - опытный, бывалый советский офицер, но имевший за плечами только военное училище. Советских военных на улицах Египта было мало видно (зенитчики были на позициях, советники в войсках), да и все они носили египетскую форму без знаков отличия. Только жены советников («обоз», как мы говорили) заполняли египетские рынки. Тайные контакты Садата с США, тот факт, что египетские войска были неплохо подготовлены, и египетским командирам уже настала пора быть более самостоятельными, наличие на улицах большого «русского обоза» подталкивали посольство к мысли о том насколько целесообразно дальнейшее пребывание такого числа военных с женами в Египте. В этом мнении мы укрепились, когда узнали об указании советского министра обороны: в случае начала военных действий, о необходимости которых так часто стал говорить Садат, советским военным советникам «в поход не ходить»! Нам представлялись крайне неблагоприятными для нас политические последствия такого шага.

Тщательно и всесторонне взвесив обстановку, посольство пришло к выводу о том, что целесообразно самой советской стороне предложить Садату сократить число советских военных специалистов ввиду достаточной боеспособности египетских вооруженных сил. Если же Садат выскажется за сохранение их числа - согласиться с ним. Лучше будет, думали мы, если наши военные по нашей инициативе начнут постепенный «исход из Египта», чем то положение, которое может создаться, если Садат сам поставит вопрос об их выводе.

Все эти соображения посольство доложило высшему руководству нашей страны. Меня вызвали в Москву для участия в заседании    Политбюро    ЦК    КПСС.    Перед    началом    меня    принял Л.И.Брежнев, он сказал, что полностью разделяет наши хорошо аргументированные и дальновидные предложения. На заседании Политбюро первым взял слово министр обороны. Он резко и категорически отверг предложения посольства, никак, однако, не аргументируя свою позицию кроме заявления, что в случае принятия предложения посольства он «снимает с себя всякую ответственность за состояние вооруженных сил Египта!». Обсуждения фактически не произошло. Наступило неловкое молчание, поскольку, естественно, мнение министра обороны по такому вопросу было весьма весомым. После паузы Брежнев переспросил Гречко, не поспешны ли его суждения. Тот вновь резко ответил отрицательно. С тем, чтобы сгладить ситуацию, Брежнев предложил составить небольшую комиссию, которая вновь рассмотрит предложения посольства, которые ему, Брежневу, представляются интересными.

На сем все и кончилось. Я улетел в Каир. Оказалось, что посольство, действительно, «как в воду смотрело».»

О том, что египтяне готовят нам сюрприз, сообщала и разведка. Резидент КГБ в Египте Вадим Кирпиченко  вспоминал: «Собрав всю информацию о положении вокруг советских военных советников и специалистов, я направил в Центр 29 июня 1972 года подробную телеграмму о том, что в ближайшее время следует ожидать серьезных демаршей Садата против нашего военного присутствия в Египте.»

Официальные обвинения, выдвигаемые египтянами, звучали так: «Ограничение видов оружия, которыми снабжается Египет, поддержка сохранения и продолжение положения „ни войны, ни мира“ на Ближнем Востоке и готовность пойти на территориальные уступки за счёт арабских стран для урегулирования ближневосточной проблемы».

Это было не так. Весной 1972 г. начались поставки Египту новейших тогда истребителей-бомбардировщиков с изменяемой геометрией крыла Су-17. Партия новых истребителей-бомбардировщиков была небольшой и включала всего 16 машин. 16 мая 1972 г. на базе Каиро-Уэст в присутствии министра обороны СССР Г. Гречко и главкома ВВС П. Кутахова были устроены «смотрины» для прибывшего туда президента Садата - в числе прочих новинок авиатехники над головами присутствующих пронеслись и первые полученные Су-17.

6 июля 1972 г. Анвар Садат отдал распоряжение об отказе от услуг советских военных советников и специалистов.

Что послужило поводом для решения египетского президента не так уж и важно, по одним воспоминаниям это было игнорирование СССР поставок Египту больших партий вооружений. Корреспондент АПН, переводчик Егорин Анатолий Захарович так описал случившееся со слов посла В.М. Виноградова: «По его словам, А. Садат после смерти Насера пять раз представлял списки на поставку дополнительного вооружения, и столько же раз Москва, подчеркивая, что "мы всегда на стороне арабов", ничего не поставляла.

В конце концов, это так взбесило А. Садата, что на последней встрече с В.М. Виноградовым он в истерике прокричал: "Русский медведь сделал свое дело в Египте. Здесь, в пустыне, ему больше делать нечего!". Он нервно выпрыгнул из кресла, стал бегать по кабинету, неистово стучал кулаками по стенам, пока ему не стало совсем плохо и помощники, видя состояние шефа, вывели его под руки за дверь. Что было делать? Виноградов не решался уйти - нужна была разрядка, перевод разговора в спокойное русло... Он решил ждать. Часа через два, по словам Владимира Михайловича, Садат появился, переодетый и подчеркнуто холодный, и жестко сказал: "Даю вам две недели на эвакуацию войск, так и доложите Москве". На том аудиенция была закончена.

С тех пор и началось свертывание советского присутствия в Египте.»

По другой,  Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в ОАР Виноградов Владимир Михайлович связывал его с ловкой игрой американцев по итогам визита президента США Никсона в Москву 22-30 мая 1972 г. и нерасторопностью  советской дипломатии: «Визит между тем закончился. В коммюнике о существе решения ближневосточного конфликта ничего не было сказано, зато была двусмысленная фраза относительно переговоров о необходимости сокращения поставок вооружения на Ближний Восток. Можно себе представить, какое впечатление произвела эта фраза в условиях, когда Садат внушал себе и другим, что якобы Советский Союз не удовлетворяет просьбы Египта, в то время как США снабжают Израиль (и будут снабжать, несмотря на любые договоренности, как утверждал Садат) всем, в чем он нуждается.

Из канцелярии Садата время от времени интересовались, нет ли информации из Москвы, мы отвечали, что вот-вот ожидаем ее.

Нам стало известно, что президент Никсон направил Садату личное письмо с изложением итогов московских переговоров. В нем много и явно неискренно говорилось о возможности легкого достижения договоренности с русскими по вопросам международной политики. Одним словом, создавалось искусственно впечатление, что, дескать, смотри, Садат, с русскими мы можем поладить. О ближневосточных делах, больше всего интересовавших Садата, не было ни слова. Нарочито создавалось впечатление: либо СССР и США не считают этот вопрос важным, либо они договорились, но не хотят раскрывать эту договоренность Садату. Это был, надо сказать, тонкий и умный ход в плане психологического воздействия на Садата и не в нашу пользу.

Мы, разумеется, не могли надолго задержать передачу этого послания Никсона Садату, торопили Москву и, наконец, получили то, что следовало бы рассказать Садату. Невольно вспомнился анекдот: «Что такое столб? Отредактированная сосна». С таким посланием пришлось идти к Садату с большим предчувствием недоброго.

Садатмрачно выслушал расцвеченное мною и добавленное другой интересующей его информацией сообщение. Но он уже до встречи, судя по всему, был задет фактом запоздалой информации и невниманием к нему. А может быть, ему подвернулся, наконец, и удобный предлог «поговорить строго с Советами». Он внезапно с большим раздражением попросил передать в Москву без всякой мотивировки, что отказывается от услуг советских военных в Египте. Ни слова благодарности за их самоотверженный труд, ни слова о причинах этого неожиданного и даже формально необъяснимого решения, которое, несомненно, будет иметь большие политические последствия. В тоне высказываний президента не было и тени сотрудничества, свое «решение» он сопровождал язвительными замечаниями по поводу советских военных, на которые я, естественно, не мог не реагировать.

Видя, что президент, несмотря на мои попытки, не хочет говорить по существу вопроса, мне пришлось напомнить Садату, что советские военные прибыли в Египет в связи с настоятельными и многочисленными просьбами президента Насера, а затем и самого Садата, по приказу советского правительства. Они честно, невзирая на громадные трудности, выполняли свой интернациональный долг, имея единственную цель - сделать Египет сильным. Они не заслуживают тех слов, которые произносил о них президент, эти слова я нашим военным передавать не буду. Поскольку Садат пытался вновь говорить что-то унизительное в отношении наших военных, мне пришлось сказать ему, что, если у президента нет других сообщений, я передам то, что он заявил, в Москву. Попрощался, уходя, кивком головы.

После моего ухода, как рассказывал позднее Хейкал, Садат вызвал его, премьер-министра Азиза Сидки, военного министра Садека и объявил им о своем «решении». «Что ты наделал? - вскричал Хейкал, - думаешь ли ты о последствиях для армии, для страны?» Хейкал говорил, что даже почувствовал себя уязвленным, поскольку именно в его присутствии Насер настойчиво просил у советского руководства о присылке советских военных в Египет; теперь Садат единолично отменяет то, чего Насер так упорно добивался. Мы тогда, конечно, не знали, что, как свидетельствует Хейкал в своей книге «Дорога к Рамадану», в секретном послании президента США Никсона говорилось, что он, Садат, может чувствовать себя спокойно и делать все, что он хочет, но должен помнить, что ключ от решения ближневосточной проблемы находится у США. Недаром Киссинджер в своих воспоминаниях пишет, говоря о решении Садата относительно удаления советского военного персонала, что он «получил (от Садата - В.В.) все, не дав ничего».»

Вечером 8 июля 1972 г. Садат пригласил к себе посла СССР в Египте и Главного военного советника генерал-полковника Окунева В.В. и сделал заявление о том, что советские советники и специалисты оказали Египту большую помощь, обучили и воспитали его войска, за что большое спасибо и искренняя признательность. Но в будущем Египет не нуждается в помощи со стороны, и поэтому пришла пора расставаться. Президент заявил, что Египет предоставляет 4-5 самолетов (Боинги и французские Каравеллы), чтобы все советники в течение 4-5 дней покинули страну. Заявление было унизительным и до глубины души обидным не только для посла Виноградова и ГВС Окунева, но и для всех находившихся в Египте. Это была пощечина нашей стране.

О заявлении А.Садата немедленно доложили Л.Брежневу и Министру обороны Гречко, который в ответ сказал: «За самолеты, которые они нам предоставляют, - передать спасибо. У нас достаточно сильные свои Военно-воздушные Силы, чтобы самим переправить наших граждан на Родину, а в отношении сроков, предупредите арабскую сторону, что сколько нам надо будет дней, столько мы и будем перевозить наших людей».

Решение А.Садата вызвало ликование руководства США и Израиля. Посол В.М.Виноградов вспоминал: «Меня посетил английский посол, чтобы удостовериться, действительно ли советские военные покидают Египет. Услышав мое подтверждение, он сказал: «Раньше мы проявляли активность в том, чтобы поскорее разрешить арабо-израильский конфликт, ибо тогда советские военные покинули бы Ближний Восток. Теперь нам торопиться не нужно». На этом, пожалуй, и заканчивается основная часть истории, связанной с пребыванием в Египте советских военных специалистов.»

Начальник генерального штаба вооруженных сил Египта генерал-лейтенант Саад эд-Дин аль-Шадли, характеризуя это решение, сказал, что «оно сильно повлияет на наши боевые возможности, потому что русские вносят большой вклад в ответственность ПВО Египта, так как у них имеются две воздушные бригады, зенитно-ракетная дивизия с ракетами «земля-воздух» и большое количество частей РЭБ».

Страну покидали 15 тысяч советских военнослужащих и членов их семей. В воздушном мосте были задействованы самолёты Ан-12, Ил-18 и Ил-62, для перевозки пассажиров использовались даже Ан-22 "Антей", использовался и морской флот.

Ходящие рассказы, что все советские военные в организованном порядке в недельный срок покинули Египет, и последние якобы убыли 16 июля 1972 г. Не имеют под собой никаких оснований и являются ошибочными.

Операция заняла почти два месяца, с июля по начало сентября 1972 г.

Возвращение наших военных из Египта проходило спокойно. Провокаций и улюлюканья не было, их награждали египетскими орденами за образцовое выполнение воинского долга по оказанию помощи Египту, а Министерство обороны СССР, с согласия высших инстанций, в свою очередь, наградило изгнанных орденами и медалями СССР. Ожидала их и еще одна - незапланированная - награда: многие египетские офицеры и солдаты искренне плакали, прощаясь со своими советскими друзьями, и, наверное, эти слезы были дороже полученных орденов и медалей.

Однако без осложнений не обошлось, так египтяне попытались захватить 4 новейшие самолета МиГ-25 которые входили в отдельный авиационный  отряд, базировавшийся  в Египте. Специально прилетевший в Москву 13 июля премьер-министр Египта Азиз Сидки пытался уговорить продать 4 МиГ-25, но ему было отказано. Тогда египтяне попытались их захватить силой. По рассказам полковника Владимира Гордиенко, когда вся техника и оборудование отряда были подготовлены к перелету в Союз, на взлетную полосу выехали египетские танки. Дипломатическим путем конфликт удалось уладить, и через сутки прилетевшие «Антеи» эвакуировали самолеты и личный состав.

По западным данным с 17 июля по 15 августа Египет покинули максимум 6400 советских военнослужащих, специалистов и членов их семей, из них 1200 вернулись на регулярных рейсах Аэрофлота и египетской национальной компании, 4300 выехали на специально организованных авиарейсах и 860 на советских пассажирских судах.

На 29 августа Египет покинули приблизительно 9000 советских граждан, из них 2200 на регулярных рейсах Аэрофлота и египетской национальной компании, 5500 на специально организованных авиарейсах, для этого самолеты выполнили 90 рейсов и 1200 человек на борту пассажирских судов.

Лейтенант С.Я. Лукьянов с мая 1972 г. назначенный начальником одного из отделений технической батареи, обеспечивавшей два дивизиона С-125, находившихся в 15 и 50 км от военного городка в Египте, вспоминал: «Уезжали, можно сказать, в срочном порядке, вместо полутора лет пробыв пять месяцев. Дали неделю на сборы, чтобы только успеть передать египтянам технику. Но никакого изменения отношения к "советским" не замечалось. Был один инцидент, а может, просто недоразумение. Перед самым отъездом поехали в город. Сели в открытом кафе - коньяк, пиво, шашлычок.

Смотрюкакой-то араб пытается нас сфотографировать. Подошли - выхватили фотоаппарат и разбили. Откуда ни возьмись - полицейские. Но я сразу показал специальный пропуск. Пусть не фотографирует, говорю. Они его - под руки, и как будто ничего не было.

До Каира шли огромной колонной. Причем особо предупредили: в пути - ни малейших задержек. И когда случилась авария, две машины просто сбросили в кювет… В Союз летели на гигантских "Антеях", по 300 человек в самолете. В полете все изнутри инеем покрывалось. Но это было уже все равно - лишь бы побыстрее домой. Когда сели во Львове, все эти сотни человек, выйдя из самолетов, с непривычным для военных умилением валились на траву: "Травочка, родная! Прохлада, деревья!»

Активно использовался морской флот, пассажирские теплоходы «Украина», «Победа», сухогруз «Академик Шиманский», рефрежераторные суда «Николай Пирогов» и «Иван Павлов» и другие доставившие возвращающихся воинов и технику в Севастополь и Одессу. Так теплоход «Победа» выполнил два рейса из Одессы в Александрию и обратно, причем из Одессы он шел пустой, первый 27 июля - 3 августа доставив 430 пассажиров, второй 4 - 12 августа доставив 429 пассажиров. «Украина» выполняла обычный рейс с пассажирами, на обратном пути 23 июля она могла взять какое-то дополнительное количество пассажиров в Александрии на пути домой в Одессу. Упоминаемый пассажирский теплоход «Россия» мог принимать участие в эвакуации наших военных и их семей только в самом конце операции, так как выйдя 26 июля из Одессы он направлялся в Гавану (Куба), куда пришел 13 августа, и обратно он мог идти только в конце августа.

 

 

Постепенное свертывание отношений.

 

В июле 1972 г. ряд представителей различных советских ведомств пытались спрогнозировать дальнейшее развитие взаимоотношений СССР с Египтом. Естественно вооруженные силы не оставались в стороне. Новый начальник генштаба маршал B.C. Куликов на своем личном самолете послал в Египет "своего" человека, генерал-полковника Анатолия Георгиевича Павлова, с ним вместе летел корреспондент АПН, военный переводчик Анатолий Захарович Егорин. Именно ему мы обязаны некоторыми подробностями этой миссии.

Анатолий Захарович Егорин вспоминал: «А.Г. Павлов считался в то время весьма видной фигурой и потому, что был женат на дочери К.Е. Ворошилова, и потому, что занимал ряд ключевых постов в военной иерархии. Как я понял, мы летели не для того, чтобы предотвратить или замедлить выдворение наших военных из Египта, а попытаться определить, насколько крепко США успели привязать к своим глобальным и региональным комбинациям А.Садата и каким реальным временем мы располагаем, чтобы достойно уступать американцам свои позиции в Египте. Москве уже была известна переписка Р. Никсона и А. Садата, были известны детали ряда американских инициатив, было известно многое другое. В задачу А. Павлова, по-видимому, входило провести тихую и спокойную "рекогносцировку на местности", что уже до него делали другие.

Были, конечно, и издержки. Наш самолет, например, очень долго держали над Каиром. В аэропорту стоянку для нашего самолета выделили в самом дальнем углу. К нам подъехали два грузовика с солдатами, они окружили самолет, никого не подпуская до прибытия советского консула. Консул потом объяснил, что египтяне не были своевременно информированы о нашем прилете и потому приняли, по их словам, "меры безопасности".

По прибытии в посольство мы представились послу В.М. Виноградову, который подробно рассказал об обстановке….

Командировка А.Г. Павлова была непосредственно связана с этим свертыванием. Он пробыл в Египте месяца два, а меня АПН оставило до самых октябрьских праздников… А.Г. Павлов занимался своими делами, а я - своими. Приходилось, конечно, частенько выступать в роли консультанта, а также выполнять различную черновую работу, что мы делали совместно с советником Н.П. Раевским, возглавлявшим в посольстве группу внешней политики. Мы быстро сработались, и дело шло споро. Мы съездили с А.Г. Павловым в Александрию, Порт-Саид, показали весь Каир, даже свозили высокого гостя в "Оберж де пирамид", в то время самый шикарный ночной клуб египетской столицы.

Насколько мне известно, миссия А.Г. Павлова была успешной. Его "рекогносцировка" дала возможность сделать далеко шедшие и принципиально новые стратегические выводы, напрашивавшиеся после смены руководства в Египте. И все же наша звезда угасала на египетском небосклоне. Началось свертывание здесь нашего присутствия.»

Отъезд наших военных из Египта на первых порах не коснулся кораблей 5-й Средиземноморской эскадры. Ранее принятое соглашение о заходах в порты, проведении послепоходовых ремонтов подводных лодок в Александрии, стоянке десантных кораблей в Порт-Саиде, а также в Мерса-Матрух и на бочках в заливе Эс-Саллум - 12-я точка (она располагалась в территориальных водах Египта) оставалось в силе.

Во исполнение директивы Главного штаба ВМФ от 20 марта 1972 г. в целях улучшения руководства кораблями и судами в порту Мерса-Матрух, начиная с 1 июня 1972 г., поочередно дислоцировалось одно из управлений дивизионов вспомогательных судов ЧФ.

Но эскадра лишилась базировавшихся в Египте самолетов разведчиков Ту-16р и противолодочных самолетов Ил-38, а также истребительной авиации и зенитно-ракетных войск. Все это быстро и резко изменило обстановку в восточной части Средиземного моря не в нашу пользу.

Начальник штаба 5-й эскадры ВМФ Капитанец Иван Матвеевич вспоминал об этом периоде лета 1972 г.: «КП эскадры получил приказ находиться в заливе Эс-Саллум и все изменения обстановки доносить.

Таким образом, из дружеских отношения между нашими странами превратились в полувраждебные, о чем свидетельствовало и отношение местного населения к нам, советским морякам.

В августе мне было приказано зайти в Александрию для встречи с новым командующим ВМС Египта адмиралом Зикри, который был назначен вместо Фагми. Я должен был передать ему поздравление от ГК ВМФ и определиться во взаимоотношениях АРЕ с кораблями эскадры.

Встреча с адмиралом  Зикри носила дружеский характер, он тепло отзывался о С.Горшкове и других советских адмиралах, которые оказали Египту помощь в создании флота.

Зикрив период семидневной израильско-арабской войны 1967г. командовал ВМС Египта, но был снят Насером, а сейчас снова восстановлен. Как заявил адмирал, отношения между нашими флотами остаются без изменений и корабли эскадры могут действовать согласно принятым ранее государственным соглашениям между СССР и АРЕ. Я передал ему поздравление С.Горшкова, и мы договорились о дальнейшем сотрудничестве. Итоги нашей встречи я изложил в докладе ГК ВМФ.»

Американцы после демарша Садата не спешили идти на компромисс для  развития американо-египетских отношений.  Не прошло и нескольких месяцев, как Киссинджер уведомил Садата через советника по национальной безопасности Хафиза Исмаила, что одним из условий окончательного сепаратного решения конфликта между Египтом и Израилем является сохранение израильского присутствия на Синае на неопределенный срок под видом обеспечения мер безопасности для Израиля. Когда Садат отклонил это условие, Киссинджер проявил явное нежелание ускорить процесс достижения решения, и переговоры были отложены на более поздний срок, после проведения выборов в Израиле, назначенных на октябрь 1973 г. Таким образом, Садат потерял надежду на достижение приемлемого политического решения с помощью США. Ему ничего не оставалось делать, как попытаться решить проблему военными средствами.

Тем более что военные поставки из СССР  шли в необходимых размерах, продолжалось экономическое сотрудничество. С декабря 1972 г. по июнь 1973 г. Египет получил значительное количество советского оружия, чем в 1971 и 1972 гг.

Решение начать войну против Израиля, было принято А. Садатом и президентом Сирии X. Асадом уже летом 1973 г. Египетские и сирийские вооруженные силы, казалось, извлекли уроки из поражения 1967 г., восстановили с советской помощью свою боевую мощь, их моральное состояние заметно повысилось, и можно было надеяться на ограниченный военный успех. Руководители Египта и Сирии, конечно, понимали, что США не допустят тотального военного разгрома Израиля. Но, как и прежде, они возлагали надежду на то, что в случае неудачи Советский Союз не допустит полного поражения своих союзников. 6 октября 1973 г. в 3 часа дня по израильским позициям на Синае и Голанских высотах были нанесены удары с воздуха. Египетские войска переправились через Суэцкий канал и закрепились на его восточном берегу, продвинувшись за трое суток вглубь на 15 - 30 км. Вскоре Израиль оправился от неожиданного удара и перешел в наступление.

СССР развернул в Восточном Средиземноморье значительный флот, численность которого к концу октября достигла 96 единиц, включая 34 боевых корабля и 23 подводные лодки. Это предпринималось с целью предупреждения возможных попыток Израиля сорвать советские поставки. Израильские катера потопили в Латакии только один советский сухогруз. На Западе усиление советской Средиземноморской эскадры рассматривалось как признак того, что она может быть использована для поддержки советских регулярных войск, если они будут направлены в район конфликта.

В принципе, такая возможность не исключалась. Когда перед израильскими танковыми колоннами открылся прямой путь на египетскую столицу, в стране началась паника. Садат, поддерживая постоянную связь с советским посольством, обратился к СССР и США с просьбой совместно или раздельно прислать воинские контингенты в Египет, чтобы остановить наступление израильтян. Советская сторона снова пошла навстречу Садату. Было заявлено, что если американцы откажутся от совместной акции, то мы будем действовать сами. Таким образом, СССР в очередной раз спас арабов от разгрома.

Заместитель заведующего международным отделом ЦК КПСС Анатолий Черняев записал оценку советской военной помощи и её результатов, данную Л. И. Брежневым после октября 1973 г.: «Мы столько лет предлагали им разумный путь. Нет, они хотели повоевать. Пожалуйста, мы дали им технику, новейшую - какой во Вьетнаме не было. Они имели двойное превосходство в танках и авиации, тройное - в артиллерии, а в противовоздушных и противотанковых средствах - абсолютное. И что? Их опять раздолбали… Нет! Мы за них воевать не станем. Народ нас не поймёт…»

Октябрьская война, во время которой египетские войска, обученные советскими экспертами и оснащенные советским вооружением, успешно форсировали Суэцкий канал и освободили часть Синая, открыла дорогу к политическому урегулированию с Израилем. При активном участии СССР поначалу была сделана попытка добиться комплексного урегулирования на международной конференции в Женеве в рамках ООН. Однако из-за позиции Израиля, поддержанного США, эта попытка провалилась. Роль посредника взяли на себя американцы, все больше втягивая Египет в орбиту своей политики. Египет энергично переориентировался на США и западные страны, в стране начались рыночные реформы, сошла на нет пропаганда социализма. 18 января 1974 г. египетские представители в присутствии американской делегации подписали с израильтянами на 101-м километре шоссе Каир-Суэц соглашение о разъединении войск. Израиль отводил свои войска на 32 км от Суэцкого канала. 31 мая аналогичное соглашение, но уже при посредничестве СССР и США, было подписано между Израилем и Сирией. Сирии возвращалась часть Голанских высот с Кунейтрой на условиях демилитаризации и размещения здесь войск ООН, в состав которых планировалось включить советских офицеров в качестве военных наблюдателей.

Американцы напирали, в 1974 г. Вашингтон согласился выделить Египту 250 миллионов долларов, в том числе 170 миллионов на расчистку Суэцкого канала и восстановление приканальной зоны и 80 миллионов на оплату импорта американских товаров. В 1975 г. размер американской экономической помощи Египту достиг 370 миллионов долларов за счет возобновления поставок продовольственных товаров и 480  дополнительных кредитов на оплату импорта потребительских товаров. В документе «Заверения правительства США Египту» в  сентябре 1975 г. Вашингтон впервые официально подтвердил свою политику помощи Египту в деле экономического развития, что было непосредственно связано с подписанием под нажимом США соглашения о втором этапе разъединения египетско-израильских войск на Синае.

4 сентября 1975 г. египетское руководство заключило с Израилем соглашение о втором этапе разъединения войск на Синайском полуострове, которое было завершено 22 февраля 1976 г. В результате второго разъединения войск Израиль передал 5000 км2 египетской территории, Египту возвращены нефтепромыслы Абу-Рудайс и Рас-эс-Судр, а горные перевалы Гинди и Митла перешли под контроль чрезвычайных вооруженных сил ООН. В буферной зоне создана система раннего предупреждения включающая по одному египетскому и израильскому поста раннего оповещения, трех американских постов наблюдения и разведки и 4 автоматических постов. Система обслуживается 200 американскими техническими специалистами. Соглашение предусматривает взаимные обязательства сторон не возобновлять боевые действия в течение трех лет, а также разрешает провоз по Суэцкому каналу невоенных грузов для Израиля на судах третьих стран.

Тем не менее Израиль продолжает оккупировать 88% территории Синайского полуострова. Арабский мир расценил подписание Египтом этого соглашения как прямое предательство общеарабских интересов, а факт нахождения на Синае американских специалистов - как узаконенное присутствие США на арабской территории. Багдадская газета «Тарик-аш-Шффб» писала: «синайское соглашение, подписанное за спиной арабских народов, нанесло удар по освободительному движению арабов, привело к продолжению израильской оккупации арабских земель, укреплению военных позиций США».

После того  как президент АРЕ Анвар Садат направил политику государства на сближение с США, это сразу не замедлило сказаться на благополучии эскадры, начались проволочки согласования заходов наших кораблей в Александрию, Мерса-Матрух и в 12-ю точку якорной стоянки (она располагалась в территориальных водах Египта).

В 1974 и 1975 гг. СССР потерял все объекты в  порту Мерса-Матрух, наши десантные корабли покинули Порт-Саид, и из 12-й точки в заливе Эс-Саллум нас вытеснили, корабли эскадры вынуждены были перебраться в менее удобное место - точку № 52, северо-западнее 12-й точки, вне тервод Египта. 

С весны 1974 г. все чаще раздавались угрозы египтян аннулировать советско-египетский Договор о Дружбе. В январе 1975 г. Садат впервые публично высказал такую угрозу, стараясь получить как можно больше от СССР.

В январе 1975 г. два советских судна разгрузили более 7.000 тонн боеприпасов и запасных частей для египетской армии. Это были первыми такие поставки с августа 1974 г., когда 8.000 тонн запасных частей и боеприпасов были доставлены в порт Александрии. В доставленном в январе грузе не было новых вооружений, но среди прочего были запчасти для МиГ-21 и других военных самолетов, обещанные египтянам прежде, чем поток советского оружия был остановлен в апреле 1974 г.

В конце января 1975 г. Садат заключил соглашение с Францией на поставку вооружений на 2,3 миллиарда долларов, в том числе на  44 французских истребителей-бомбардировщиков Mirage F-1. Подписывая соглашение он таким образом старался оказать давление на Советский Союз, чтобы тот возобновил поставки оружия. Казалось, что Садату это удалось, в начале февраля министр иностранных дел СССР А. Громыко согласился в принципе возобновить поставки оружия, но конкретные сроки и детали не обсуждались. Тем более что СССР увязал поставки вооружений с направлением в Египет техников и военных советников, что шло в разрез с египетской политикой.

Тем не менее, в феврале 1975 г. в Египет из СССР прибыли 10 истребителей МиГ-23, первые самолеты, доставленные с 1973 г. 

Однако этого было мало, египетское руководство хотело чтобы СССР полностью и еще за свой счет восстановил бы все потери египетской армии, понесенные в войне 1973 г., так же как он это сделал после поражения в 1967 г., а этого не произошло.

В американском отчете разведки приводятся такие данные о коммунистических  военных поставках Египту с октября  1973 г. и по февраль 1975 г.

Основные типы вооружений

Всего

6 октября-декабрь 1973 г.

1974 г.

1975 г.

Самолеты:

 

 

 

 

Реактивные истребители

60

50

0

10

Вертолеты

11

6

5

0

Сухопутные войска:

 

 

 

 

Танки

670

600

70

Нет данных

Бронетранспортеры

300

200

100

Нет данных

Артиллерия

206

200

6

Нет данных

Флот:

 

 

 

 

Десантные суда

3

1

2

0

Ракетные части:

 

 

 

 

ЗРК (земля-воздух)

20

10

10

Нет данных

РК (земля-земля)

10

10

0

Нет данных

Египет получил дополнительно 6 истребителей Мираж в 1974 г. и 3 истребителя Мираж в 1975 г.

Египет получил дополнительно из Югославии 120 танков в 1973 г. и 20 в 1974 г.

Египет дополнительно получил 400 20-мм зенитных орудий из Югославии в 1973 г.

 

Кроме того раздражение вызывало то что Москва на порядок больше поставляла техники и вооружений другим арабским странам которые шли в фарватере советской внешней политики.

Советские поставки вооружений арабским странам в октябре 1973 - ноябре 1974 г.

Основные типы вооружений

Египет

Сирия

Ирак

Сухопутные войска:

 

 

 

Танки

670

1250

285

Бронетранспортеры

300

560

170

Артиллерия

200

50

360

Ракеты FROG

-

15

15

Ракеты SCUD

10

30

-

ВМС:

 

 

 

Десантные суда

3

-

-

ТКА

-

1

-

РКА

-

4

4

СКА

-

2

1

ВВС:

 

 

 

Реактивные самолеты

75

300

70

Вертолеты

10

1

35

Учебные L-29

-

-

20

ЗРК (SA 2, 3, 6)

20

13

9

В том числе МиГ-23, 40 Сирии и 30 Ираку.

 

16 мая 1975 г.  еженедельный журнал “Al Hawadeth” выходящий в Бейруте  опубликовал интервью с Садатом, в котором он разъяснял египетско-советские разногласия. По его словам все вертелось  вокруг двух точек, экономики и вооружений. Садат говорит, что он не может продолжать платить Москве за поставленное вооружение и оборудование в 1975 году в тех же объемах какие он платил  в 1974 году и по его мнению Советский Союз должен смягчить свою позицию по египетскому долгу. 

В июле 1975 г. ряд западных изданий сообщил, что Арабская Республика Египет (АРЕ) планирует денонсировать египетско-советский договор о дружбе и сотрудничестве. Египетская сторона опровергла эти сообщения.           

Однако отношения Египта с Советским Союзом продолжали быстро ухудшаться.

Планировавшийся на конец 1975 г. визит в Каир советского руководителя Леонида Брежнева был отменен.

В 1976 г. Египет начал вести переговоры с Англией и Италией чтобы они помогли модифицировать сотни советских танков таким образом, чтобы они могли  использовать западные части и боеприпасы.

В феврале 1976 г. СССР сообщил, что они не будут выполнять  капитальный ремонт двигателей для египетских МИГ-21, которые были направлены в Союз в 1974 г. пока не будет решен вопрос об оплате работы. Такое развитие событий угрожало оставить на земле большую часть  ВВС АРЕ. Помимо этого Москва прекратила и поставку  необходимых запасных частей для самолетов.

Советско-египетские отношения продолжали ухудшаться, в начале 1976 г. Москва не разрешила Индии осуществить ремонт египетских самолетов, многие из которых были неработоспособны после вывода советских техников и прекращения поставок из СССР.

Это было последней каплей для Садата.

 

 

Финал – 1976 г.

 

 

В порту Александрии в 1973-1976 гг. на арендованном причале на постоянной основе базировалась 54-я оперативная бригада вспомогательных судов в составе плавмастерской, водоналивной (500 тонн) самоходной баржи, морского буксира, водолазного бота пр.522 «ВМ-125», плавучей казармы пр. Р801 «ПКЗ-152»  и несамоходного плавсклада - судно-хранилище пр. 814 «ПСКЛ-16». Задача дивизиона состояла в обеспечении межпоходовых ремонтов подводных лодок, в обеспечении их материальными запасами и организации отдыха личного состава субмарин, а также обеспечение продовольствием, водой и другими запасами кораблей боевой службы, заходящих в порт. Состав дивизиона постоянно менялся, но костяк («ПКЗ-152», «ПСКЛ-16», «ВМ-125») был постоянным, а плавмастерские, буксиры и военные транспорты менялись через полгода.

До середины 1975 г. 54-й бригадой командовал капитан 1 ранга Николай Борисович Мясоедов, потом его сменил   капитан 1 ранга Константин Иванов, на долю которого выпала задача по эвакуации бригады.

Помимо базирования кораблей бригады в Александрии по соглашению с египтянами советская сторона фактически контролировала верфь El Gabbari. Заложенный в 1962 г. этот судостроительный завод строился Советским Союзом с целью "скоординировать сотрудничество для поощрения судостроения в Александрии". Он имел три стапеля, из них два длинной по 550 футов, что позволяло строить грузовые суда до 25.000 тонн или танкеры до 20.000 тонн.  Все ведущие специалисты предприятия приблизительно 350 - 400 человек были из СССР, ими руководил  советский адмирал. Завод был способен выполнить ремонт дизельных субмарин и надводных кораблей в том числе и эсминцев. Что он и делал.

 Все чаще приближение разрыва отношений чувствовали моряки  нашей эскадры. Во второй половине декабря 1975 г. две подлодки пр.641 Северного флота  «Б-26» (к-2р. Еркин Г.Т.) и «Б-9» (к-3р. Ткач И.М.) выполнявшие боевую службу в Средиземном море в составе 161 бригады ПЛ, пришли в Александрию для отдыха и ремонта.

Субмарины в порт пришли в сопровождении РКР «Адмирал Головко» имевшего на вооружении противокорабельные крылатые ракеты «П-35», в том числе с ядерными боезарядами. Египтяне заявили протест по поводу нахождения советского корабля я ядерным оружием в порту. Командиру крейсера капитану 2 ранга В.И.Чурикову пришлось через четыре часа после прибытия покинуть порт. Основные экипажи сдали субмарины резервному экипажу и отправились в Севастополь на отдых. В конце января - начале февраля 1976 г. экипажи вновь приняли свои подводные лодки и продолжили службу, но это были последние наши субмарины завершившие ремонт в Александрии.

Сменившие их у заводской стенки однотипные корабли пр.641 «Б-839» и «Б-856» испытали все «прелести» разрыва отношений между нашими странами.

22 февраля в Александрию прибыл находившийся с 5 января 1976 г. на БС в Средиземном море БПК «Керчь» (к-3р. Ю.Г.Гусев). В отличие от обычных визитов  он расположился у судостроительного завода, а не у пассажирских причалов. 23 февраля никаких мероприятий с участием генерального консула СССР на борту не было.  Тогда моряки и испытали «гостеприимство» египтян. Старпом БПК «Керчь» капитан-лейтенант В.А.Крикунов вспоминал: «Нам не давали воду с берега, не пускали на причал, у сходни стояла вооруженная охрана, на причале проходили провокационные демонстрации и т.д. Во время швартовки произошел обрыв якорной цепи, и якорь остался на грунте в порту».

14 марта 1976 г. президент АРЕ Анвар Садат внес в Народное собрание АРЕ предложение о прекращении действия Договора о дружбе и сотрудничестве между СССР и АРЕ от 27 мая 1971 г.

В своей трехчасовой речи,  Садат прибег к грубым искажениям истории советско-египетских отношений, политики Советского Союза в отношении Египта как до, так и после октябрьской войны. Он опровергал общеизвестные факты, что советская военная помощь, особенно в период после агрессии 1967 г. сыграла решающую роль в укреплении военного потенциала Египта. 

Самым обидным для него  было нежелание Москвы поставлять новое оружие или списывать египетские долги. А они составляли 3.200 миллионов долларов. «Они даже потребовали, чтобы я выплатил процент по военным долгам даже при том, что для военных долгов характерно быть отмененным».

Обосновывая свою позицию Садат подчеркивал «Они подвергают Египет интенсивному экономическому и военному давлению, но я не буду кланяться». Вследствие этого Москва отказалась поставлять оружие и запасные части для египетской армии: «Через 12-18 месяцев, все оружие в Египте будет простыми отходами».

Конец президентской речи, в которой он предлагал Парламенту разорвать Договор о дружбе и сотрудничестве, был встречен аплодисментами. Овация, разрушала дружеские отношения который существовали между СССР и Египтом.

Не все парламентарии были с этим согласны, но они были в меньшинстве. Руководитель левой платформы Арабского социалистического союза АРЕ Халед Мохи эд-Дин заявил, что отмена договора с Советским Союзом не отвечает ни ближайшим, ни будущим интересам Египта. Переориентация на запад не решит стоящих перед страной проблем.

15 марта Народное собрание АРЕ приняло закон о прекращении действия Договора, за проголосовало 358 человек, против только два Ахмед Таа (Ahmed  Taha) и Абу-Сейф Юсефф (Abu-Seif Yussef).

Военные аналитики говорили что в результате этих действий безопасность Египта будет ослаблена, особенно после того как уедут больше чем 200 советских военных техников которые обслуживали зенитно-ракетные комплексы установленные к западу от Суэцкого канала. Скажется отзыв советских специалистов и на обслуживании 25 истребителей МиГ-23.

«Теоретически» обосновывая этот шаг, выдвинули тезис о том, что закрепление двусторонних отношений на договорно-правовой основе ведет к поляризации в мире, которая в век разрядки не нужна и, более того, вредна. Поляризация на Ближнем Востоке породила в свое время дружбу Египта с Советским Союзом и вражду с Соединенными Штатами; теперь же, дескать, нужно соблюдать баланс. Провозглашалось, что такого понятия, как империализм, в век разрядки не существует.

Египтяне дали Советскому Союзу только один месяц, чтобы эвакуировать весь персонал и их имущество из Александрии.

Американцы были в восторге, о чем заявил американский президент Джералд Рудольф Форд, встречаясь 17 марта с группой еврейских лидеров живущих в США.

«Раввин Херцберг: … что относительно американского влияния на политику Садата? Что приблизит Египет и арабских умеренных к США и Израилю? Что Египет сделает взамен C-130s? Что мы хотим в обмен?

Президент: Одна вещь уже произошла, ломка египетских военных отношений с Советами. Закрытие порта Александрии для советских военно-морских судов лишает советский флот ценных услуг ремонта и обслуживания. Они возможно могут пойти в Ливию, но это не столь хорошо. Вы не можете развить установки быстро, чтобы удовлетворить советские потребности. Есть также два порта в Сирии, но они не столь  хороши как Египет. Это уже - большой дивиденд.»

Еще яснее он высказался 19 марта в письме направленном Садату:

«Дорогой мистер президент:

Я хочу передать Вам свое восхищение действием, которое Вы предпринимали в своем обращении Народному Собранию 14 марта, относительно советского Договора о дружбе. Мое правительство и американские люди рассмотрели это как храброе утверждение чувства собственного достоинства и достоинства и неприсоединившегося курса египетской нации. Вы можете рассчитывать на нашу сильную поддержку. Политика замирения, которую Вы преследовали, с нами, через очень многие трудные периоды в последние годы, я убежден, продолжит приносить плоды. Я надеюсь удвоить наши совместные усилия для справедливого мира на Ближнем Востоке.

Я помню с теплотой наши многие встречи вместе.

С уважением,

ДжеральдР. Форд»

Зарубежная печать отмечала, что это решение являлось логическим завершением проводившегося в последние годы руководством АРЕ политического курса, направленного на перевод страны на капиталистический путь развития и укрепления связей с Западом, в первую очередь с США. Бейрутский еженедельник «Аль-Хуррия» подчеркнул, что этот «…шаг Садата является следствием его курса на сближение с США и отказом от социально-экономических достижений египетской революции».

Реакция на это со стороны СССР была негативная, египетское руководство подвергалось резкой критике, на египетскую сторону возлагалась вся ответственность за последствия денонсации договора:

«Заявление ТАСС.

14 марта президент Арабской Республики Египет А.Садат выступил в народном собрании Египта с речью, в которой в негативном свете изложил то, как складывались советско-египетские отношения в последние годы. По его предложению было принято решение о прекращении действия Договора о дружбе и сотрудничестве между СССР и АРЕ, подписанного в 1971 году.

Предпринятая президентом Египта акция является новым проявлением недружественной в отношении Советского Союза политики, которую он на деле проводил уже в течение длительного времени. Это - юридическое оформление того положения, когда действие Договора о дружбе и сотрудничестве между СССР и АРЕ в результате такой политики было фактически парализовано.

ТАСС уполномочен заявить, что вся ответственность за последствия, как в целом политики, проводимой руководством Египта в отношении Советского Союза в последние года, так и разрыва Договора о дружбе и сотрудничестве между Советским Союзом и АРЕ лежит на египетской стороне.

Советский Союз проводил, и впредь будет проводить принципиальную последовательную политику, направленную на развитие дружественных отношений с АРЕ, с египетским народом.»

Советскому послу в Египте Полякову Владимиру Порфирьевичу (29.03.1974-16.09.1981 гг.) пришлось работать не покладая сил для организации выезда наших граждан и сглаживания возникающих осложнений и явных провокаций египтян.

17 марта Египет уведомил советские власти, что советский флот должен со всем своим имуществом и снаряжением уйти из порта Александрии в течение месяца, все оставшееся советское имущество после этой даты станет собственностью АРЕ. Об этом ясно дали понять советскому военному атташе, когда он 12 апреля обратился с просьбой продлить время пребывания кораблей, ремонт которых не был завершен.

Сделать это было непросто. Из 12 советских военно-морских судов находившихся в порту, пять не могут самостоятельно идти. Два из этих судов - плавучая казарма «ПКЗ-152»  и  судно-хранилище  «ПСКЛ-16» не имеют собственных двигателей, а другие три единицы - две субмарины и буксир находятся в ремонте на заводе. Работа над одной из подлодок, которая была в сухом доке с начала января, может быть закончена в течение месяца. На двух других кораблях только начали ремонтные работы, и они могут восстановить мореходность в течение короткого времени.

Евгений Владимирович Коновалов, тогда заместитель командира 161 бригады подводных лодок СФ, находившийся вместе со своими субмаринами с июня 1975 г. на боевой службе в Средиземном море вспоминал: «После односторонней денонсации президентом АРЕ Анваром Садатом договора «О дружбе» обстановка в Александрии несколько осложнилась. Имели место проявления неприязненных отношений по отношению к матросам, «случайные» выстрелы по плавмастерской. Вместе с командиром отряда М.Лежепёковым и переводчиком я был приглашен во дворец Рас-эт-Тин, где располагалось командование ВМФ Египта. В вестибюле отдали честь Знамени. Часовой, стоявший на посту потопал ногами и помахал винтовкой. Нас принял вице-адмирал Али Осман. В корректной форме, без проявления какой-либо враждебности он поставил нас в известность, что «Договор о дружбе между Египтом и СССР» денонсирован, руководство страной приняло решение о невозможности дальнейшего пребывания советских военных кораблей в египетских портах. Я сказал, что на верфи ремонтируются подводные лодки, которым необходимо определённое время для подготовки к выходу, и заметил, что коммерческое соглашение о ремонте лодок на судоверфи Александрии было подписано задолго до заключения договора о дружбе, на что адмирал развёл руками и сказал - «политика». Он немного говорил по-русски, на правой стороне его мундира был знак подводника. Угостил нас ароматным и сладким чаем в стаканчиках-бармудах. У выхода из кабинета сидел другой адмирал, он записывал, судя по всему, ход переговоров. По мере того, как заканчивался лист, немедленно передавал его в другую комнату, где, как я предполагаю, о ходе встречи докладывали по прямой связи в Каир. Командир отряда сказал, что доложит командованию о переговорах. Пожали друг другу руки и вышли. При выходе из дворца вновь отдали честь Знамени. Часовой опять немного потопал и помахал винтовкой.»

Командиром 5-й эскадры ВМФ в тот период был вице-адмирал Акимов Владимир Ильич (29.03.1974-01.06.1977), первым замом был - контр-адмирал Парамонов Василий Алексеевич (1974 - 1979), начальником штаба - контр-адмирал Двинденко Лев Евгеньевич (1975 - 1978), начальником политотдела - контр-адмирал Дубягин Павел Романович (08.06.1973 - 08.09.1976).

Имея мало времени СССР, сразу приступил к приготовлениям  к эвакуации порта. Советский военно-морской транспорт и грузовое судно 19 марта прибыли в Александрию. Несколько советских буксиров находятся в или около египетских вод. А одно десантное судно пр.773 (НАТО - Polnocny) направлялась на  юг через турецкие проливы, возможно идя к Александрии. пр.773

20 марта американскому послу в Каире египетский чиновник высокого уровня сказал,  что советскому флоту дан один месяц чтобы покинуть  Александрию. 26 марта эту же информацию публично озвучил и президент Садат.

Реакция советского флота была на удивление спокойной. 27 марта крейсер «Дзержинский» (НАТО - Sverdlov) и БПК пр.61 (НАТО - Kashin) прибыли в порт Тартус (Сирия) выйдя с якорной стоянки в заливе Саллум.

Чем ближе был срок вывода наших кораблей из Египта тем больше кораблей 5-й эскадры сосредотачивалось в восточном Средиземноморье.

30 марта крейсер пр. 68 бис (НАТО - Sverdlov) «Дзержинский» и БПК пр.61 (НАТО - Kashin) которые в конце марта перешли в восточное Средиземноморье, покинув порт Тартус (Сирия) где они были с 27 марта, перешли к юго-востоку от острова Крит где установили наблюдение за американским флотом. БПК пр.61 (НАТО - Kashin) ранее расположенный у Туниса, днем 31 марта был к востоку от Мальты, ракетный крейсер пр. 1134А (НАТО - Kresta I) «Вице-адмирал Дрозд» утром 31 марта прошел в восточном направлении через Сицилийский пролив.

Помимо этих 4 больших боевых кораблей, в восточном Средиземноморье у СССР находились минный тральщик, разведывательное судно и ряд подводных лодок расположенных к юго-востоку от острова Крит. Эти суда контролируют американскую военно-морскую силу, состоящую из двух эсминцев, вертолетоносца и четырех десантных судов. 5 эскадра также имела  четыре десантных судна в восточном Средиземноморье, хотя обычно их  на службе было всего два.

2 апреля через Гибралтарский пролив в Средиземное море прибыл ракетный крейсер (НАТО - Kresta II) «Адмирал Макаров» который с января 1976 г. действовал в Атлантике у берегов Гвинеи и Анголы. В западном Средиземноморье  это самый крупный советский боевой корабль.

Начальник Управления военных сообщений на Черноморском бассейне ВМФ СССР в 1976-1984 гг. капитан 1 ранга Владимир Ананьев вспоминал: «… президент предложил всем представителям нашей страны, которые помогали строить и жить, убираться. Немедленно! До отхода поездов, например, оставалось порядка двух-трех часов. Как во время войны, в первую очередь мы эвакуировали женщин и детей. Власти разрешили брать с собой только ручную кладь. Посадка в поезда шла ночью. Дети плакали, у женщин тряслись руки. Кто знал, что их ждет впереди? На всем пути, на промежуточных станциях, на перронах стояли солдаты с автоматами. Советскими автоматами, направленными на советских женщин и детей.

Поезда с женщинами и детьми подавали прямо в порт, на 46 причал, где совсем недавно подполковник Ваги выгружал нашу военную помощь. Если у причала еще не стоял наш военный корабль, то его подхода ждали, сидя на чем придется под "охраной" автоматчиков. Военные корабли, с боевыми расчетами у орудий, швартовались у причала, брали людей с их чемоданчиками и узелками, выходили на дальний рейд. Там они пересаживали женщин и детей на гражданские суда. Хуже всего было последней группе из 54 человек, которая задержалась с прибытием в Александрию. Долгих 12 суток шли они до Одессы на крошечном буксире "Посейдон". На нем было 40 спальных мест, точно на экипаж. Ни одного лишнего. Моряки отдали пассажирам свои койки, но и их не хватило. Спали в коридорах, кают-компании, мостике. Кончались продукты, так как буксир возвращался из долгого рейса. До Одессы оставалось всего пять суток, когда его завернули в Александрию. Кормить пришлось почти втрое больше людей и шли они по специальному маршруту вдоль побережья Сирии и Турции. Экипаж затянул пояса: не должны дети плакать от голода. Был сильнейший шторм, буксирчик мотало в разбушевавшихся волнах, как щепку.»

Первой порт покинула «Б-839» с экипажем Пигунова. В порту готовилась к переходу «Б-856», которую ремонтировали египетские судоремонтники, одновременно производилась эвакуация материальных ценностей со складов, расположенных в Александрии. Плавказарма, плавсклад,  ВМ и плавмастерская были выведены из порта и перешли в Сирию, в Тартус. В конце апреля плавказарма и водолазный бот убыли в Севастополь.

12 апреля 1976 г. советский военный атташе обратившись к египетскому руководству сказал что СССР хочет забрать установленные им ранее плавучие причалы Мерса-Матрух, египтяне дали поручение губернатору Мерса-Матрух позволить это сделать,  хотя видимо не бесплатно.

Как вспоминал полковник- инженер И. А. Иконников, в 1976 г. по поручению главнокомандующего ВМФ он вместе с представителем  ГТУ ГКЭС капитаном 1 ранга Мантровым Ю. Н. принял участие в переговорах с командованием ВМФ АРЕ о продаже двух металлических плавпричалов и берегового склада топлива в порту Мерса-Матрух, оставшихся там после ухода наших кораблей, использовавших порт как пункт маневренного базирования для нашей Средиземноморской эскадры. Переговоры проходили довольно трудно, но завершились успешно.

В апреле перед завершением срока эвакуации из Александрии вышла «Б-856», которой командовал В.Н.Круглов. Её под буксиром вывели из гавани, но после прохода Эль-Кебир, отдали буксирные концы, и она самостоятельно перешла в Тартус. Несмотря на то, что каждую ночь личный состав проверял то, как выполнили работу египетские рабочие, было обнаружено много неполадок и погрешностей. Во всяком случае первая же волна, через коллектор низкого давления, попала внутрь прочного корпуса. Через двое суток вошли в узенькую щель сирийской гавани Тартус. В этом порту провели полную ревизию механизмов и подготовили её к переходу в Югославию, где в Тивате был завершён ремонт.

Вечером 14 апреля за час до крайнего срока определенного египетской стороной пять последних советских кораблей покинули порт Александрии.

Материальные средства из портов Александрия и Мерса-Матрух были частично погружены на вспомогательные суда и корабли и отправлены в Севастополь, остальное имущество, запасы, суда и плавсредства были перебазированы в Сирию. Личный состав, специалисты и их семьи были доставлены в Севастополь на санитарном транспорте ЧФ  «Кубань» (до 1976 г. пассажирское судно "Надежда Крупская").

Военный инженер капитан 2 ранга Игорь Сергеевич Каравайников ставший непосредственным свидетелем происходящего вспоминал: «В 1975 году, меня, военного инженера, направили в Египет возглавить группу военных представителей. Мы должны были контролировать работы по сборке этих самых кораблей и наблюдать за ремонтом советских подводных лодок на судостроительном заводе в Александрии.

Отмечу, что в ноябре 1975 года, когда я прибыл в город, СССР и Египет формально еще находились в дружественных отношениях. Несмотря на то, что пост президента на тот момент уже несколько лет занимал Мохаммед Анвар аль-Садат.

…. мы работали на территории судостроительного завода. Часть его причала местные власти выделили для временного базирования кораблей и судов советской эскадры - там был организован маневренный пункт тылового обеспечения. Кроме того, на судоверфи располагался отряд советских кораблей, и постоянно находилась плавказарма для размещения экипажей ремонтируемых подводных лодок. В общем, присутствие было ощутимым.

Через четыре месяца после нашего прибытия Анвар аль-Садат разорвал дружественный договор с СССР и начал вести откровенную проамериканскую политику. Советскому Союзу дали ровно месяц на то, чтобы ликвидировать все базы, прекратить ремонт подводных лодок и вывести с территории Александрии все военные корабли. Таким образом, к марту 1976 года судостроительный завод порядком опустел: из советских специалистов остался только я и еще несколько военных представителей.»

Потеря возможности использовать порты Египта для базирования и отдыха кораблей  Средиземноморской эскадры  не была фатальной но достаточно неприятной. В период с 1967 г. по 1976 г. советский ВМФ 1240 раз заходил в порты Египта.

Из-за этого активность  советского  ВМФ в Средиземном море снизилось с 20600-20000 (кораблей/дней в год) в 1973-1975 гг., до 18600 в 1976 г. и 16300-16600 в 1977-1980 гг.

Египтяне постарались  создать нашему флоту максимум проблем у своих берегов.  В августе 1976 г. Министерство обороны Египта объявило о закрытии районов в заливе Саллум ввиду проведения маневров египетским флотом. Целью этого было нарушить использование советским флотом якорных стоянок в этом районе. В течение следующих двух месяцев египетский флот проводил частые боевые упражнения в «запрещенном» районе. Сообщалось, что орудийный огонь и глубинные бомбы рвались недалеко от советских судов, находившихся в этом районе в нейтральных водах. Все прекратилось в конце октября, так как ничего египтяне этим не добились, наши корабли, как пользовались, так и продолжали пользоваться якорными стоянками в нейтральных водах залива Саллум.

Денонсация Договора о Дружбе вызвала, и проблемы с использованием Суэцкого канала со стороны ВМФ СССР.

В марте 1976 г. с Тихоокеанского флота для передачи ВМС Сирии перегонялся  СКР пр.159А (НАТО - Petya). Старшим перехода был капитан 1 ранга П.И.Довбня, командиром экипажа (старшим инструкторской группы) - капитан 3 ранга В.А.Нонкин. Помимо 196-го экипажа сторожевого корабля и гражданских специалистов на переходе было несколько арабских офицеров и старшин, в том числе и командир корабля - мукаддам бахри Шаабан Хаттаб. Переход длился три месяца - сторожевик "за ноздрю" тянули два морских буксира, приписанных к Ильичёвску. Крались кривыми путями в стороне от проторённых морских маршрутов, так как боялись израильской диверсии, о возможности которой, якобы предупредила разведслужба. И вот в Аденском заливе стало известно, что Египет в одностороннем порядке разорвал с СССР заключенный ранее договор о дружбе и взаимопомощи. Проблемы начались на рейде Суэца - шли под советским флагом и египтяне не хотели пропускать наш корабль через канал. Проторчали  там несколько суток, пока Сирия ни договорилась. СКР прибыл в Сирию в конце марта - начале апреля.

В середине  апреля 1976 г. из Средиземного моря в Индийский океан Суэцким каналом прошел отряд боевых кораблей  выполнявший межфлотский переход с БФ на ТОФ в составе СКР пр.1135 (НАТО - Krivak) «Сторожевой» (бортовой 220, к-2р. А.Дмитриевич Печкорин), БДК пр.775 (НАТО - Ropucha) «БДК-90» (бортовой 561, к-3р. В.П. Дубасов) у него на борту танковая рота 390 ПМП под командованием майора Г. Н. Рукосуева и СМТ тип “Дубна” «Иркут». Это были последние советские боевые корабли прошедшие каналом до декабря 1977 г.

После того как 15 апреля 1976 г. был завершен вывод советских специалистов и имущества из Египта, СССР прекратил использовать Суэцкий канал для перехода надводных боевых кораблей в Индийский океан и на ТОФ и обратно. Межфлотские переходы на ТОФ боевых кораблей осуществлялись вокруг Африки. Суэцкий канал использовали только вспомогательные суда ВМФ СССР и боевые корабли, передаваемые флотам других стран.

После того как в результате расширения конфликта между Сомали и Эфиопией, осенью 1977 г. Советскому Союзу потребовалось укрепить свои морские силы в Красном море, в декабре 1977 г. было решено провести на юг через Суэцкий канал БДК пр.1171 (НАТО - ALLIGATOR) «БДК-69» чтобы отследить реакцию египетского руководства, которое поддерживало сторону Сомали. Никаких препятствий Египет не чинил, и это позволило наращивать численность эскадры боевыми и вспомогательными кораблями Черноморского флота.

Египетские порты были закрыты для наших кораблей на пятнадцать лет, и только в феврале 1991 г. в Александрию после долгого перерыва пришел с визитом советский корабль - эсминец «Безупречный».

СССР несмотря ни на что продолжил выполнение своих обязательств по заключенным контрактам. Оставшиеся 23 советских военных советника, которые обслуживали МиГ-23, продолжили работу до завершения контрактов  в апреле и мае, а вот замены им не было направлено. Кроме того СССР согласился вернуть 50 отремонтированных двигателей для МиГ-21, из 150-180 что были отправлены в СССР в 1974 г.

В стране продолжили работу приблизительно 300 гражданских технических специалистов на промышленных предприятиях. С их помощью в 1978 г., через два года после денонсации договора, были введены в эксплуатацию хлопкопрядильная фабрика в Дамиетте, новые мощности металлургического комбината в Хелуане и теплоэлектростанции в Суэце.

Наши военные представители продолжили работу по наблюдению за сборкой кораблей на судоверфи в Александрии. Военный инженер капитан 2 ранга Игорь Сергеевич Каравайников вспоминал: «После разрыва дружественных отношений, естественно, такие попытки были. Мне пришлось повести себя достаточно жестко. А как иначе? Ведь я оставался практически один на чужой территории. Москва была в растерянности и отказалась присылать свои госкомиссии. Таким образом, на мои плечи свалилась работа и по контролю, и по приемке кораблей. Впрочем, оказалось, что это не так уж и плохо. Во времена дружбы, египетским специалистам давали поблажки и нередко они выполняли работу, которую впоследствии необходимо было переделывать. После того, как дружба закончилась, мы в настоятельной форме призвали арабов соблюдать нормы международного права и делать работу качественно. В итоге, процесс наладился.

Подавляющее большинство населения в ту пору жило в страшной нищете. Высокий уровень безработицы и высокие цены на продукты питания, естественно, вызывали недовольства. Людям говорили - это происходит потому, что египетские власти вынуждены выплачивать деньги СССР. После такой пропаганды отношения обострились даже на бытовом уровне. На мою квартиру неподалеку от советского Консульства было совершено нападение. Что это было - провокация или намеренное ограбление, я не знаю. Но на всякий случай мы с семьей перебрались в дом, где весь третий этаж занимали советские специалисты. Впрочем, откровенной неприязни со стороны египтян я не наблюдал. Конечно, арабские специалисты прекрасно знали, что я не просто возглавляю группу наблюдателей, но и являюсь офицером ВМФ. Мне об этом откровенно говорили. Египетская сторона препятствовала со связью, спокойно позвонить нельзя было даже из Консульства, все глушилось. Но поскольку Садат воспользовался ситуацией и объявил причиной несчастий бывший дружественный СССР, эту позицию можно понять.»

В январе 1977 г. Игорю Каравайникову пришлось стать свидетелем выступлений египтян в Александрии из-за повышения цен на продовольствие и жесткого подавления  выступлений армией и полицией.

Разрыв отношений серьезно сказался на египетской армии, так как она в основном была оснащена советской военной техникой. По мнению иностранных военных специалистов, для полного перевооружения египетской армии военной техникой западных стран, в связи с отказом президента АРЕ от советских военных поставок, потребуется не менее 5 лет. В связи с этим ливанская газета «Ас-Сафир» заявила, что «безответственное решение Садата отказаться от сотрудничества с Советским Союзом поставило под угрозу египетскую армию». Тем более что расчеты египетского руководства на поступление значительного количество оружия и боевой техники из западных стран не оправдалось. Как отмечала зарубежная пресса, возможности США по предоставлению военной помощи Египту сильно ограничена из-за наличия в конгрессе сильной произраильской группировки.

17 сентября 1978 г. Израиль и Египет при участии США подписали Цэвидские соглашения. 26 марта следующего года в Вашингтоне был заключен мирный договор между двумя странами. Начался вывод израильских войск с Синайского полуострова, который завершился в апреле 1982 г.

 

 

Литература:

·                    Воспоминания Кузьмина Владимира Николаевича старшины 1 статьи, ПЛ «Б-26» с 1974-1977 гг.

·                    Ананьев Владимир капитан 1 ранга «За горизонтами (Очерки смутного времени)» «Моряк» № 45 16.11. 2007 г. с сайта <http://www.moryak.org/content/view/1318/84/>

·                    Андреенков В.Е. «Международное военное сотрудничество Военно-Морского Флота» Оружие и технологии (Ортех), 2003 г.

·                    Беляков Владимир «Развод по-египетски» "МК в Египте", № 05(035), 20 марта - 2 апреля 2011 г.

·                    Виноградов В.М. «Дипломатия: люди и события. Из записок посла» Москва. РОССПЭН. 1998 г.

·                    «Военные сообщения на море. Страницы истории» "Astroprint", 2002 г.

·                    «Вспомогательный флот ЧФ России» Симферополь. «Таврида» 2004 г.

·                    «Египетский бунт: буря в Каире». С Игорем Сергеевичем Каравайниковым беседовала Алла Серова, «Конкретно.ру», 19 февраля 2011 г. с сайта <http://konkretno.ru/interview/33406-egipetskij-bunt-burya-v-kaire.html>

·                    Егорин Анатолий Захарович «ЗАПИСКИ КОРРЕСПОНДЕНТА АПН» с сайта <http://www.clubvi.ru/news/2011/04/07/ppl/egorin/zap/>

·                    «Заявление ТАСС» «Правда» 16.03.1976 г.

·                    Капитанец И.М. «На службе океанскому флоту. 1946-1992. Записки командующего двумя флотами» Москва «Андреевский флаг» 2000 г.

·                    Киличенков А.А. «"Холодная война" в океане. Советская военно-морская деятельность 1945-1991 гг. в зеркале зарубежной историографии» Москва, 2009 г.

·                    Кирпиченко Вадим «Разведка: лица и личности» Москва «Гея» 1998 г.

·                    Князев А.Г. «Египет после Насера. 1970-1981» Москва. «Наука», 1986 г.

·                    Коновалов М. «Мои командиры. Часть 7.» с сайта <http://flot.com/blog/historyofNVMU/5251.php>

·                    Крикунов В.А. «Воспоминания командира РКР "Слава"». Журнал «Тайфун» № 3 2001 г.

·                    Круглов В. Подполковник-инженер «Происки империалистов на Ближнем Востоке» Журнал «Зарубежное военное обозрение» № 8 1976 г.

·                    Окороков Александр «Секретные войны Советского Союза»

·                    Пернавский Г. «Арабо-израильские войны. Арабский взгляд» Москва. «Эксмо; Яуза», 2008 г.

·                    Почтарев Андрей «Ближневосточный триумф "летучих лисиц"» «Красная звезда» 17.08.2002 г.

·                    «Россия (СССР) в войнах второй половины XX века»  М.: Триада-фарм, 2002 г.

·                    «Тогда в Египте... (Книга о помощи СССР Египту в военном противостоянии с Израилем)» М. 2001 г. 

·                    Храмов Владимир капитан 1 ранга в отставке «Сирия во снах и наяву. Воспоминания военного инструктора» 2012-11-19 13:20 с сайта <http://blackseafleet-21.com/news/19-11-2012_sirija-vo-snah-i-najavu-vospominanija-voennogo-instruktora>

·                    Черкашин Николай «Одиночное плавание» Москва. Совершенно секретно, 2006 г.

·                    Материалы из «The President’s Daily Brief»  March - April 1976

·                    «Arms Deliveries to Egypt» 26 February 1975

·                    «Backchannel Message From the President’s Assistant for National Security Affairs (Scowcroft) to the Ambassador to Egypt (Eilts)» Washington, March 19, 1976, 1909Z.

·                    «CERP 0002 (AS AVAILABLE): EGYPT'S RELATIONS WITH COMMUNIST COUNTRIES» 1976 November 18, 08:00 (Thursday)

·                    «Communist Aid and Trade Activities in Less Developed Countries, February 1975» March 1975

·                    «Communist Military Equipment Deliveries to Egypt, Syria, and Iraq since October 1973» 6 December 1974

·                    DREW MIDDLETON «Egypt Begins a Hurried Search To Add to Sources of Weapons» The New York Times MARCH 28, 1976

·                    «End Soviet pact: Sadat» The Canberra Times  Tuesday 16 March 1976 p 5

·                    Gordon H. McCormick «THE SOVIET PRESENCE IN THE MEDITERRANEAN» October 1987 

·                    Grejory Hale Bradford «RISE AND FALL OF SOVIET IN EGYPT INFLUENCE » NAVAL POSTGRADUATE SCHOOL, Monterey, California. December 1976

·                    «MEDITERRANEAN REPORT-DECEMBER 1976 - APRIL 1977» 1977 April 16, 00:00 (Saturday) с сайта <https://www.wikileaks.org/plusd/cables/1977NATO02240_c.html>

·                    «Memorandum for the President’s File by Robert B. Oakley of the National Security Council Staff» Washington, March 17, 1976, 3:15-4:45 p.m.

·                    «POLADS REPORT ON THE SUEZ CANAL» 1978 October 26, 00:00 (Thursday) с сайта <https://www.wikileaks.org/plusd/cables/1978USNATO09813_d.html>

·                    «SADAT PIDE LA CANCELACIQN DEL TRATADO DE AMISTAD CON LA U.R.S.S.» La Vanguardia 16 marzo 1976, página 22

·                    «Soviet arms delivered to Egypt again» Daily Kent Stater,  5 February 1975

·                    «Soviet Involvement with the Development of Ports on the Mediterranean and Red Seas, the Persian Gulf, Indian Ocean and Contiguous Waters Summary» 1 June 1967

·                    «SOVIET NAVAL FACILITIES» 1976 Г. 13 Апреля, В 10:20 (Вторник) с сайта <http://www.wikileaks.org/plusd/cables/1976CAIRO04903_b.html>

·                    «SOVIET NAVAL SHIP VISIT» 1976 February 23, 13:35 (Monday) с сайта <http://www.wikileaks.org/plusd/cables/1976ALEXAN00129_b.html>

·                    «THE SOVIET MILITARY PRESENCE IN EGYPT» February 1975 DIRECTORATE OF INTELLIGENCE OFFICE OF POLITICAL RESEARCH

·                    «USSR» National Intelligence Bulletin, March 20, 1976

·                    «Withdrawal of Soviet Military Personnel from - Egypt» 16 August 1972 MEMORANDUM FOR

·                    С сайта <http://beiragitinti.info/?p=20>

·                    С сайта <http://www.hubara-rus.ru/kavkaz5.html>

 

 

         Розин Александр.

На Главную.


Источник: http://alerozin.narod.ru/Egypt76.htm

Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Ситуация и обстановка в Египте сегодня Новости и Мазь по вишневскому от угрей

Что в отношениях с египтом Новые тенденции в отношениях Египта и Турции
Что в отношениях с египтом Экономические отношения России и Египта
Что в отношениях с египтом Авиасообщения с Египтом не предвидится
Что в отношениях с египтом Египет и Россия: дружба против Америки?
Что в отношениях с египтом Ирано-египетские отношения Википедия
Что в отношениях с египтом Уход из Египта СССР в 1976г
Египет Википедия Sredstva Делаем макияж Smokey eyes Как ухаживать за кожей после мезотерапии Домашний уход за кожей Крылатые фразы. Значение, происхождение и история Макияж на свадьбу для мамы невесты или жениха (27 фото)

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ